Горная Ингушетия

30 сентября 2021

• Мат-Лам (Столовая гора)
• Цей-Лоамский перевал и гора Гайкомд
• Средневековый башенный комплекс Эгикал
• Вовнушки
• Храм Тхаба-Ерды
• Мемориал памяти и славы

Отдыхая в Пятигорске и в один из дней просматривая информационный листок с перечнем экскурсий по Кавказу, мы остановили свой выбор на поездке в Горную Ингушетию. Уж очень привлекли нас фотографии с красивой природой этих мест, знакомить с которыми стали не так давно - долгое время Ингушетия входила в число закрытых для посещения зон. Скажу сразу - впечатления от этого путешествия оказались одними из самых ярких и запоминающихся. Итак, ранним субботним утром, захватив рюкзачки, проверив наличие паспортов (нас предупредили, что на всех пограничных постах ведётся обязательная проверка документов), мы отправились в Горную Ингушетию - "край ярких зелёных лугов, величественных горных пиков, россыпи древних родовых башен, бурлящих рек, невероятных красок неба и причудливой росписи облаков…". Именно так сказочно была описана Ингушетия туроператором.

Республика расположена в центральной части Северного Кавказа. Это один из самых маленьких субъектов РФ. Территория современной Ингушетии составляет 4000 кв.км - это лишь в 3,7 раза больше площади Москвы. А в столице - городе Магасе, зарегистрировано рекордно малое количество жителей - всего 6800 человек. На юге республика граничит с Грузией, на западе - с Северной Осетией, а на востоке - с Чечнёй. Половина страны находится на равнине, а другая отделена от равнины высоким горным массивом и расположена в глубоких ущельях между ним и Главным Кавказским хребтом. Проехав по легендарной Военно-Грузинской дороге, мы направились в Джейрахский район (южную высокогорную часть республики), который называют музеем под открытым небом, жемчужиной Ингушетии. На его территории находится Джейрахско-Ассинский государственный историко-архитектурный и природный музей-заповедник, где сосредоточено более 100 исторических памятников.

Мат-Лам (Столовая гора)

По программе 1-ая остановка была запланирована в "Армхи" с подъёмом на кресельной канатной дороге на высоту 1520м. Место очень красивое и располагающее к отдыху. Я бы с удовольствием туда вернулась. Только не на день, а хотя бы на несколько. Поплавать в бассейне на лоне восхитительной природы, попринимать лечебные процедуры - на базе горнолыжного комплекса действует санаторий. И, кстати, курорт этот всесезонный.

Здесь нас ждал неприятный сюрприз. Из-за национального мусульманского праздника ураза-байрам канатка в тот день не работала. Спасибо нашему водителю-ассу, который без происшествий круто вверх по серпантину довёз периодически охающую от страха группу до самой смотровой площадки, откуда открывается изумительный вид на горные склоны. В том числе на высочайшую вершину Ингушетии (3000м) - Мат-Лам (Столовую гору).

Столовая гора изображена на 2-х гербах: Республики Ингушетия и города Владикавказа - столицы Северной Осетии (по подножию северной стороны горы проходит граница с Пригородным районом Северной Осетии). Эту гору хорошо видно из обеих республик.

Своим названием она обязана форме, которая напоминает большой плоский стол, укрытый "скатертью" из травы. Ингушское название горы "Мат-Лам" и осетинское – "Мадхох" в переводе звучат одинаково: "Мать-гора". Она издревле считалась священной. Если очень присмотреться, на вершине можно увидеть древний храм XVI века Мят-Сели (маленькая точечка оказалась недосягаемой для моего фотоаппарата, поэтому фото храма позаимствовала в интернете).

http://timag82.livejournal.com На заднем плане - Казбек

В древности ингуши, как и большинство народов, были язычниками и поклонялись разным божествам, для каждого из которых создавали святилища. Некоторые из них сохранились по сей день. Среди них и Мят-Сели, посвящённое богу земледелия и плодородия. Здесь совершали жертвоприношения, собирались старейшины из разных родов и принимали решения. Сюда приходили люди и обращались к богу с молитвами и просьбами о дожде и хорошем урожае. Кстати, в наши дни организуют специальные восхождения к священному месту и устраивают фольклорно-этнографические праздники. Думаю, на них приоткрывают завесу множества тайн и легенд, коими окутаны горы. И Столовая гора - не исключение.

"В давние времена, когда ещё в пещерах и густых лесных зарослях обитали драконы, севернее нынешней Столовой горы обосновалось некое княжество. Случилось так, что один из драконов покорил его и наложил дань: ежегодно в назначенный день ему должны были приводить на съеденье самую красивую девушку княжества. И вот из года в год, не обращая внимания на людские мольбы и душераздирающий плач, дракон уносил в свою пещеру очередную юную жертву. Избавиться от кровожадного чудовища можно было только одним способом: если бы нашлась такая отважная девушка, которая сама, добровольно бросилась бы ему в пасть...

Прошло время. Подросла, обратившись в необыкновенную красавицу, единственная дочь местного князя. С самого раннего детства отец держал её взаперти, опасаясь, что и она может быть принесена в жертву. Вот и в тот день, когда очередную девушку повели к дракону, он запер княжну в высокой башне вместе с её служанкой. Однако княжне удалось сбежать. Переодевшись в одежду своей прислуги, она спряталась в рыдающей толпе, а когда дракон появился, выбежала и прыгнула в его огнедышащую пасть. Тотчас же раздался страшный рёв, вспыхнуло пламя и всё заволокло дымом. Когда же дым рассеялся, пред изумлённым людом предстали обугленные останки дракона, а на новоявленном горном плато, точно на смертном одре, лежала окаменевшая красавица-княжна...Всё это время юный пастух Казбек высоко в горах пас своих овец. На шум он глянул вниз и увидел жертвенный подвиг княжны, в которую был тайно влюблён. Не в силах перенести гибель возлюбленной, он кинулся со скалы вниз, успев крикнуть: "О, боги! Обратите и меня в гору!". И боги его услышали: на месте падения пастуха появилась двуглавая гора. Вознесясь высоко над всеми другими горами, Казбек охраняет покой Столовой горы, в которую превратилась его любимая княжна".

Цей-Лоамский перевал и гора Гайкомд

Мы же отправились дальше. Удивительно красивые виды Горной Ингушетии продолжали нас завораживать. Нетронутая первозданная природа, средневековые аулы, селения, разбросанные по долинам рек и горным отрогам, сменяющие друг друга башенные комплексы, великолепие гор, ущелий и перевалов. Даже воображение разыгралось: показалось, что горы начинают принимать человеческое обличье и манят к себе, словно приглашая познакомиться с ними поближе.

Дорога пролегает вдоль Цей-Лоамского перевала. Такое красивое древнее ингушское название имеет часть скалистого хребта, протянувшаяся от берега Терека к берегу Ассы. Общая длина перехода по Цей-Лоаму - 33 км. Наша остановка - на наивысшей точке автодороги вдоль перевала, на высоте 2150м, откуда раскрывается величественная панорама Кавказского хребта. Дух захватывает...Пейзажи - как будто специально кем-то нарисованы по канонам живописного стиля. Мы не уставали повторять "Как же Ингушетия красива, до невероятности!"

Отсюда видна ещё одна вершина, окутанная ореолом таинственности и загадочности. Это высшая точка Цей-Лоамского хребта - гора Гайкомд или Цей-Лоам ("красивая гора") высотой 3171м. На её остроконечных пиках в древности ингушами было воздвигнуто несколько языческих святилищ, в т.ч. божеству-громовержцу Селе, покровителю природных явлений, который считался самым справедливым и наиболее почитаемым и могущественным богом в ингушском языческом пантеоне. В своих молитвах, обращённых к богу, люди просили защитить их от житейских бед, несчастья и злых духов, а посевы - от града, потопа и сильного ветра, и конечно же, просили дождя для богатого урожая.

В древней ингушской мифологии гора Цей-Лоам отождествлялась с троном этого божества. Если у Цей-Лоама кто-нибудь видел летающего орла, он возносил ему молитву, т.к. считалось, что Села иногда летает по небу в облике этой птицы. Смелость и быстрота полёта ассоциировались с грозой и огненными стрелами-молниями - проявлениями воли божества Селы. Место, куда ударяла молния, становилось священным. На этом месте воздвигалось небольшое столпообразное святилище - "сиелинг". Погибший от удара молнии человек считался отмеченным Селой и становился родовым божком. Божеству-громовержцу посвящён третий день недели (среда) - "кер Сели". В этот день запрещалось давать кому-либо вещи из дома, в первую очередь огонь, а также выбрасывать золу. А также пятый месяц года (май) - "сели-бутт". В этом месяце в честь бога проводили ритуалы и совершали жертвоприношения. С тех времён остались сакральные знаки на камнях, легенды и названия радуги и молнии в ингушском языке: "лук Селы" и "головёшка Селы". Согласно одной из легенд, именно к Цей-Лоаму был прикован дерзкий титан Прометей, жестоко поплатившийся за своё желание подарить огонь людям.

В наши дни у подножия горы Цей-Лоам на высоте 1842м открыли единственный в России бейсджампинг-клуб, здесь проводятся фестивали международного уровня (прыжки на специальных парашютах с фиксированных объектов). Наверное, легенды про орла, бесстрашной и быстрой птицы, привлекли к этому месту внимание бейсджамперов, нынешних "повелителей гор", и они облюбовали вершину горы для такого крайне экстремального вида спорта. Цей-Лоам входит в тройку мест в мире (!), наиболее подходящих для бейсджампинга. На перевале построена небольшая база для этих смельчаков, где мы сделали ещё одну остановку, чтобы перекусить в окружении живописных пейзажей.

Конечно, Горная Ингушетия богата природной красотой, но здесь сосредоточено и огромное количество памятников истории, археологии и архитектуры. В их числе - средневековые башенные комплексы, крупнейший из которых расположен на южном склоне горы Цей-Лоам.

Средневековый башенный комплекс Эгикал

Не знаю, простое ли это совпадение, но когда после поездки, уже вернувшись домой, я собралась рассказать про "архитектурное" пополнение в коллекции, совершенно случайно наткнулась на афишу выставки "Джейрах-Асса: башенные комплексы средневековой Ингушетии", представленной в Государственном музее архитектуры им. А.В.Щусева и приуроченной к 25-летнему юбилею Республики. Решила непременно сходить, чтобы "оживить" воспоминания. Но и почерпнула много нового и интересного.

Предание гласит, что здесь, в центре Кавказского хребта, где вершины, как кинжалы, сверкают ледниками, а склоны покрыты изумрудными лугами, в долине бурной реки Ассы давным-давно жил человек по имени Альберд. Было у него три сына: Эги, Хамхи и Таргим. После смерти отца, согласно завещанию, Эги остался в родном ауле, а его братья построили себе новые. Так в Ассинском ущелье появились селения: Эгикал ("кеал" - "крыша дома"), Хамхи и Таргим. До сих пор эту территорию называют "Троеградие" или "местность трёх башенных селений".

Историко-археологическими изысканиями установлено, что возникновение Эгикала относится к IX-X векам. Развитие же его началось с XII века, когда маршрут Великого шёлкового пути из соображений безопасности "перекочевал" с равнин в горы. Эгикал стоял как раз на пути его следования. Местные жители активно торговали с караванами, а также взимали с купцов дань. Аул рос и богател. Считается, что именно с Эгикала началось расселение ингушского народа по Ассинскому ущелью и далее по территории современной горной Ингушетии. Но расцвет Эгикала, когда поселение стало по-настоящему значимым политическим, экономическим и культурным центром, пришлось на позднее Средневековье. Селение славилось потомственными ремесленниками - оружейниками, кузнецами, гончарами, ювелирами, а также отважными воинами и знатоками народной медицины. Но главное - там жили искусные строители. Талантливые ингушские зодчие заслуженно славились на всём Центральном Кавказе своим непревзойдённым мастерством работы с камнем, а сам край называли "страной башен", где самобытная культура их возведения берёт своё начало и достигает расцвета. Кстати, самоназвание ингушей "галгаи" переводится как "жители башен".

Интересно, что в советское время археологами в окрестностях Эгикала были открыты и изучены археологические культуры, склепы, фрагменты циклопических сооружений, датируемые II-I тыс.до н.э. Утверждают, что именно эти циклопические постройки послужили прототипами для будущих знаменитых ингушских башен, метод строительства основной части которых - циклопическая кладка (технология сооружения стен из каменных глыб без использования связующих растворов).Только поверхность обрабатывали плотной глиной для защиты строения от влаги, дождя и снега.

Замковые комплексы на территории горной Ингушетии, которые в основном несли оборонительную функцию, на протяжении многих веков возводили для себя представители различных тейпов - родовых общин вайнахов. Эгикал не был исключением. Большинство его строений появилось в период с конца XVI до начала XVIII вв. В то время башенный комплекс насчитывал 5 боевых, 6 полубоевых и 50 жилых башенных сооружений с различными пристройками, более 100 склеповых могильников, мавзолей и 3 святилища. По периметру аул опоясывало двойное кольцо оборонительных стен.

Одна из боевых башен XVII века высотой 27м, украшенная с двух сторон огромным изображением человека с разведёнными руками и ногами, достояла до наших дней практически в идеальном состоянии (к тому же, недавно была проведена её реставрация). Она, как древний воин, по-прежнему охраняющий родную землю...

Всего в ауле сохранилось около 60 руинированных разнообразных башенных сооружений. Прямоугольные и трапециевидные, двух-, трёх- и четырёхэтажные, с плоской крышей и парапетом. Видно, что у некоторых башен когда-то были лоджии и навесные балконы, где-то просматриваются петроглифы, надписи... Гуляя по улочкам этого древнего города-поселения, невольно задумываешься о нелёгкой судьбе, которая выпала на долю и этих памятников, и людей, здесь живших. Природные стихии, вражеские вторжения, варварское уничтожение построек и последующее запустение в 1944 году. Тогда ингушей насильственно депортировали. Башни взрывали и поджигали, больных, немощных, малолетних детей убивали на месте... После смерти Сталина люди стали возвращаться на родину, но селиться в горах им больше не разрешали, только на равнине.

Восхищает мастерство строителей, которые в суровых горных условиях достигли такого высокого уровня в возведении сложных и одновременно долговечных конструкций! Проезжая по дороге мимо ингушских даже крохотных селений, удивляла добротность больших домов, сложенных из красного кирпича. Крепость построек наводит на мысль, что строительные традиции сохранились из глубины веков...

Комплекс Эгикал - наиболее яркий пример трёх видов башен (жилых, полубоевых и боевых), характерных для всей горной Ингушетии. Техника их строительства в полной мере не изучена и остаётся загадкой для современных исследователей. Что известно точно, сначала тщательно выбирали место для будущей постройки, обращая первейшее внимание на природные особенности: близость к рекам и горным источникам, сила и направление ветра, рельеф ущелья, защищённость от врагов, наличие близлежащих пастбищ, и многое другое. Готовили фундамент. У строителей существовал обычай: место, подобранное под башню, поливали молоком. Если оно не просачивалось в землю, участок считался надёжным, и начинались работы. Вообще, обычные ингушские башни не имеют фундамента и поставлены на прочную скальную основу, а в основание башни всегда укладывали самый крупный камень. Угловые камни хорошо скрепляли между собой стены. Сама кладка никогда не была регулярной. Разные по размерам и форме камни тщательно подгонялись друг к другу, причём зазоры обычно заполнялись не раствором, а только более тонкими пластами породы. Благодаря использованию природных материалов башни практически сливаются с окружающим пейзажем, не отличаясь по цвету от скал.

Изначально аулы состояли только из жилых башен. Они назывались галами. Гала - двух- или трёхэтажная прямоугольная башня с плоской крышей и каменным столбом по центру, на котором крепились этажные перекрытия. Высота башен доходила до 12м, а для большей устойчивости они немного сужались кверху. Интересно, что наклон создавался не за счёт нависания стен над внутренним пространством здания, а лишь постепенным уменьшением их толщины. Каждая гала принадлежала определённому роду (поэтому сейчас башни именуются по фамилиям семей, живших в них). На первом этаже, как правило, держали скот (овцы, козы), а верхние были жилыми. Рядом с жилой башней строили полуподземный или надземный склеп. Таким образом, гала - это своего рода семейная усадьба, где поколения одного и того же рода сменяли друг друга. При осмотре комплекса мы обратили внимание на местных жителей, которые мирно о чём-то беседовали за накрытым столом рядом с одной из башен. Говорят, ингушские семьи регулярно приезжают навестить свои галы. Вообще, одна из отличительных особенностей ингушского народа - почтение к предкам, к своей истории.

Быт в башне строился предельно просто. Вещи хранили в нишах толстых каменных стен, топили по-чёрному, готовили на открытом очаге. При этом очаг и цепь, на которую подвешивался котёл, считались священными - все важные решения принимались у очага, а цепь являлась семейной реликвией. Когда девушка выходила замуж, она брала в руки сперва надочажную цепь родного дома, как бы прощаясь с ним, а затем - цепь в доме жениха, хозяйкой которого она отныне становилась.

Жилую башню нужно было обязательно построить за один год. Больший срок считался позором для рода, тогда он терял уважение. Строители имели непререкаемый авторитет. Даже если они халтурили и построенная на века башня начинала рушиться, считалось, что виноваты хозяева. Пожадничали, мало заплатили работягам - отсюда и брак. На мастеров-строителей не распространялась даже кровная месть. Их почитали как святых и называли, если перевести с ингушского - "достояние народа".

Жилые башни оправдывали своё мирное название и не предназначались для того, чтобы выдерживать осады и отражать нападения. Однако иногда приходилось приспосабливать существующие постройки под требования ситуации, в результате чего появился отдельный тип "полубоевых башен". По высоте они превышали жилые и могли иметь до 4-х этажей. Для обороны в них делали бойницы для ведения стрельбы из лука, а также машикули (каменные навесные балкончики или щиты), позволяющие сбрасывать камни или лить кипяток на осаждающих.

Но вершиной архитектурного искусства галгаев справедливо считаются боевые башни - воув. Их в горной Ингушетии сегодня сохранилось около 50, хотя в ранние времена было порядком больше. Сочетание формы основания, угла сужения, который достигал 11 градусов, и высоты башни (от 20 до 30м) придавало ей наиболее изящные пропорции. Именно они делают боевые башни узнаваемыми по сей день.

Башни имели, как правило, 5 этажей и пирамидально-ступенчатую крышу, состоящую из 12-16 сланцевых плит и завершающуюся крупным конусовидным камнем. Обычная высота последнего составляла от 50 до 70 см. Важной особенностью возведения башен было отсутствие наружных лесов: строительство велось изнутри со специальных настилов, и только создавая пирамидальную кровлю, мастер работал снаружи. Возведение крыши являлось опасным занятием. По традиции, закончив работу, он требовал "спускную плату" и затем у входа в башню оставлял "автограф" - отпечаток своей ладони на невысохшем растворе. В целом, строительство боевой башни обходилось заказчикам до 80 коров (стоимость строительства склепа - 15-20 коров).
На первом этаже хранили сельскохозяйственные припасы. Иногда он служил тюрьмой для пленников. В этом случае, в полу делали конусовидные каменные ямы по углам. Туда можно было попасть только через лаз со второго этажа, т.к. вход (выход) в башню обычно располагался на уровне второго этажа и представлял собой сводчатый дверной проем, закрываемый изнутри прочными деревянными ставнями и запираемый на деревянный брус, который вдвигался в толщу стен. Забирались туда по приставной лестнице, которую в любой момент можно было поднять наверх.
Третий этаж служил жильём на случай осады башни. Остальные этажи использовались в оборонительных и хозяйственных целях. Последний этаж, именуемый "соколом башни", являлся главным обзорным пунктом и боевой площадкой: здесь хранились камни, луки, стрелы, ружья. На всех четырёх стенах боевых башен находились бойницы, прикрытые машикулями.
Ширина последнего этажа боевой башни, как правило, в два раза меньше первого. Воувы сужались кверху неслучайно: при осаде, когда противник завоёвывал один из этажей, обороняющиеся поднимались выше и баррикадировались там. Чем уже были стены, тем сложнее врагам атаковать. Благодаря этому, при достаточном запасе воды и еды, башни могли выдерживать длительные осады.
Воувы играли и важную стратегическую роль. Их размещали по периметру аула, на пересечениях дорог, у входов в ущелье и т. д. Башни строили в самых высоких точках долины. Во-первых, это усложняло задачу врагам, а во-вторых, так было проще передавать сигналы о приближающейся опасности от аула к аулу.

На протяжении XVII–XVIII веков воувы были практически неприступны. Даже если врагу удавалось захватить одну башню, то её защитники по навесным мостам перебирались в другую и занимали оборону там. В XVIII веке, с распространением огнестрельного оружия, воувы утратили свою неуязвимость - их строительство прекратилось. Но то, что дошло до наших дней, подтверждает: ингушские башни - подлинное чудо средневекового зодчества.

У любого местного рода (тейпа) были не только собственные родовые башни, но и родовое кладбище."Человек рождается для будущей смерти" - гласит народная ингушская поговорка. Средневековые предки ингушей свято верили в то, что если при жизни человеку нужна была башня, то после его отхода в мир иной - склеп. В Эгикале, невдалеке от башенных построек, был целый "город мёртвых" с могильниками, частично сохранившимися до наших дней. Своей формой склепы напоминают небольшие дома с крышами пирамидальной формы. Большинство склепов строилось надземными, и поэтому они именовались "солнечными могильниками". Соблюдая законы предков, сюда уходили умирать старики и смертельно больные люди. Во время губительных эпидемий они дожидались здесь своего полного выздоровления или кончины. Пищу отшельникам передавали сородичи, принося её на длинных шестах. Эта традиция сохранялась продолжительное время, вплоть до середины XIX века. Склепы, святилища, храмы, мавзолеи - тоже уникальные памятники архитектуры ингушского народа.

Вовнушки

Несмотря на то, что погода начала портиться, мы отправились дальше - в Гулойхийское ущелье, чтобы увидеть символ Ингушетии, визитную карточку республики - замковый комплекс Вовнушки. Такое смешное и милое название в действительности имеет грозный смысл - "Место боевых башен".

"...И башни замков на скалах
Смотрели грозно сквозь туманы -
У врат Кавказа на часах
Сторожевые великаны!"

М.Ю.Лермонтов "Демон"

Точный период его создания неизвестен. Предположительно, это XVII-XVIII вв., но, возможно, и раньше. Родовые башни были возведены тейпом Оздой, потомки которого сегодня носят фамилию Оздоевы.

макет башенного комплекса "Вовнушки". М.М.Оздоев, 2001 год, камень, дерево. Ингушский государственный музей краеведения имени Тугана Мальсагова

Огромные четырёхъярусные твердыни (говорят, их высота соизмерима с 7-этажным домом), с узкими бойницами и плоской крышей, стоят на крутых скалах по обеим сторонам ущелья. С одной стороны - слитые вместе боевая и полубоевая башни, которые дополняют и словно подпирают друг друга. Они кажутся величественными часовыми, и это сходство не случайно: крепость охраняла и контролировала важную дорогу на стыке горного ущелья.

Их стены достигают полуметра в ширину. Камни снаружи отполированы мастерами, ветрами и временем, гладкая поверхность которых не давала возможности врагам взобраться на башни. Всматриваешься в них и думаешь, каким мастерством и усилиями надо было обладать, чтобы соорудить строения, которые так органично вписаны в горный ландшафт и выглядят словно естественное продолжение скал, на вершинах которых они построены!

Драматичные легенды рассказывают о подземных ходах и верёвочной лестнице, протянутой на страшной высоте через ущелье между башенными комплексами. Когда подошли враги и подожгли одну из башен, обитатели по подвесному мосту перебрались в замок напротив. В ходе боя мост был повреждён, и тогда одна из женщин по оставшемуся канату, висящему над пропастью, несмотря на грозившую ей опасность, перетащила нескольких младенцев в люльках и этим спасла их...

Помимо этих чудных башен, на территории Вовнушек сохранились фрагменты других построек, захоронения различного типа, находящиеся неподалёку. Их можно обнаружить, если подняться немного вверх по ущелью. Помимо древнего склепа, есть мавзолей, который имеет весьма любопытную форму пушечного ядра и конусовидный верх с крупным грибовидным камнем. Согласно бытующему отрывочному преданию, этот мавзолей был сооружён над могилой храброго безымянного местного воина-наездника, героически павшего в бою примерно в XVIII веке. Многие надземные склепы предназначались изначально для массовых захоронений: умерших в несколько рядов клали на полки, и их тела подвергались так называемой "естественной мумификации". При археологическом обследовании одного из склепов было установлено, что он содержал внутри более 100 захоронений.

Вовнушки по праву называют шедевром средневековой башенной архитектуры. Кстати, замковый комплекс стал финалистом конкурса "7 чудес России" как одна из самых удивительных рукотворных достопримечательностей нашей страны.

Храм Тхаба-Ерды

Недалеко от Вовнушек находится ещё один уникальный архитектурный памятник Ингушетии - христианский храм Тхаба-Ерды, что переводится с разных языков как "Храм веры", "Две тысячи святых", "Храм лика Божьего". Монументальная базилика, стены которой достигают метровой толщины, искусно сложена из различных по размеру и виду камней, точно подогнанных друг под друга.

Сколько столетий храм здесь стоит - загадка. Учёные начали проявлять активный интерес к необычной постройке в конце XVIII века, но до сих пор так и не смогли прийти к единому мнению. Ясно только, что он появился, когда в этой зоне Горной Ингушетии существовал мощный очаг христианства. Одни исследователи настаивают на периоде VIII-X вв., основываясь на сходстве с армянскими, грузинскими храмами того времени и предполагают, что он возник изначально как трёхцерковная базилика и был купольным. Говорят, на фасаде когда-то была надпись (в настоящее время утраченная) с датой постройки - 830-й год. Если это так, то Тхаба-Ерды - один из древнейших храмов на территории России. Другие утверждают, что храм возведён (или же построен на фундаменте предыдущего?) в XII-XIII вв. при личном участии грузинской царицы Тамары (здесь же, якобы, она и венчалась). Подтверждение влияния культуры близлежащей Грузии - надписи, выполненные на древнегрузинском языке на черепичной кровле, каменных плитах, барельефах, а также карнизы с классическим грузинским орнаментом в виде "треугольников" с концентрически расходящимися лепестками или стилизованных листьев ивы и клёна, перевитых сложной плетёнкой.

На западном фасаде - редкая резная композиция. Очевидно, она была собрана заново из обломков старого храма и часть блоков в ней стоит явно не на своём месте. Считается, что в центре изображён на престоле Христос. Рядом с ним довольно хорошо сохранившаяся плита с фигурой мужчины, вероятно, ктитора (человека, выделявшего деньги на возведение, поддержание, украшение храма), который в левой руке держит крест, а в правой - рукоять меча.

Наше внимание привлекло также изящное резное окно. В тимпане изображён Самсон, борющийся со львом и две фигуры, предстоящие Христу. Предмет в руках одной из них похож на изображение церкви, словно зодчий хотел сказать, что Тхаба-Ерды преподносится Христу в дар.

С момента основания церковь несколько раз разрушалась и перестраивалась заново уже ингушскими мастерами и современный вид приобрела в XIV-XV вв. Несмотря на влияние грузинской зодческой школы, храм является уникальным образцом местной архитектуры. Здание представляет собой одноапсидную постройку со скрытой в её объёмах необычной алтарной частью. Планировка относительно проста. Помещение разделено тремя высокими остроконечными арками на четыре части. Пол выстлан плитами небольших размеров. Особенность храма - в нём практически отсутствует внутренняя отделка, за исключением резьбы на арках, и освещение происходит лишь через маленькие щелевидные окна.

В 2013 году в храме состоялось архиерейское богослужение. Вместе с другими паломниками в нём приняла участие великая княгиня Мария Владимировна, глава Императорского дома Романовых. В дар храму она преподнесла иконы, которые выставлены в алтарной части. Перед иконостасом - крест и алтарная чаша. В ней прихожане когда-то проводили церемонию крещения своих детей.

В XVI-XVIII вв., когда влияние христианства в этих местах ослабло, ингуши продолжали чтить храм как важнейшую святыню. В Тхаба-Ерды собирался Мехк-кхел - совет (суд) вайнахов, на котором старейшины, согласно адаптам, устанавливали порядок землевладения, согласовывали нормы поведения, вопросы торговли, меры наказания преступникам. Кроме того, в храме созывались общенародные сходы и велась централизованная подготовка к военным походам. Храм оставался культурным и духовным центром Горной Ингушетии вплоть до депортации ингушей в 1940-е годы.
Храм - удивительный, обладающий особой энергетикой, где невольно задумываешься о времени, о жизни, о бытие, проникаешься духовностью этого древнего святого места. Говорят, храм таит в себе ещё много загадок, и археологические работы могут привести к интересным открытиям. Что ж, будем ждать...

Мемориал памяти и славы

В ходе экскурсии, проезжая по окраине города Назрань, мы увидели огромный парковый комплекс "Мемориал памяти и славы". Его посещение можно смело назвать уроком истории, ведь здесь отражены все важнейшие события и основные этапы, связанные с Ингушетией в составе России, с 1770 года и до наших дней. Он был открыт в 2012 году к 20-летию образования Республики.

На колокольчике изображён один из центральных памятников комплекса - бронзовый высотой 4,5 метра "Конный памятник Ингушскому полку "Дикой дивизии"" (автор Юсупов Р.Р.), которая прославилась на фронтах Первой мировой войны.

"Дикая дивизия" была образована в 1914 году в составе Русской императорской армии и состояла из нескольких полков, в которых служили исключительно кавказцы. Среди них был и ингушский. Особенно интересен один из героических эпизодов Первой мировой войны, когда Ингушский полк разгромил в конной атаке германскую "Железную дивизию" Кайзера. Композиция представлена в виде трёх всадников. Во главе атакующей конной группы изображён командир дивизии великий князь Михаил Александрович, брат Николая II; следом за ним - командир Ингушского конного полка полковник Георгий Мерчуле; третий всадник - кавалер Золотого оружия "За храбрость" полковник Асламбек Котиев, принявший командование полком в 1917 году.

Об отваге и храбрости бойцов упоминается на двух мемориальных досках, установленных на памятнике:

"Генерал-губернатору Флейшеру. Как горная лавина обрушился Ингушский полк на Германскую железную дивизию. В истории Русского Отечества, в том числе нашего Преображенского полка, не было случая атаки конницей вражеской части, вооружённой тяжёлой артиллерией: 4,5 тыс. убитых, 3,5 тыс. взятых в плен, 2,5 тыс. раненых, менее чем за полтора часа перестала существовать дивизия, с которой боялись соприкасаться лучшие войсковые части наших союзников, в том числе Русской армии. Передайте от моего имени, царского двора и от имени всей Русской армии братский сердечный привет отцам, матерям, сёстрам, жёнам, невестам этих храбрых орлов Кавказа, положивших своим бесстрашным подвигом начало конца германским ордам. Никогда не забудет этого подвига Россия! Честь им и хвала! С братским приветом Николай II. 25 августа 1916 года".

"Я и офицеры ингушского конного полка горды и счастливы довести до сведения Вашего Превосходительства и просим передать доблестному ингушскому народу о лихой конной атаке 15 июля сего года. Как горный обвал обрушились ингуши на германцев и смяли их в грозной битве, усеяв поле сражения телами убитых врагов, взяв много пленных, тяжёлые орудия и массу военной добычи. Славные всадники ингуши встретят ныне праздник Байрам радостно, вспоминая день своего геройского подвига, который навсегда останется в летописях народа, выславшего своих лучших сынов на защиту общей Родины. Полковник Г. А. Мерчуле. 1916 год. Июль".

Рядом стоит памятник последнему защитнику Брестской крепости (высотой 3м, авторы Сержантов-Шульц В.В., Костюк С.И.) - ингушу, лейтенанту Уматгирею Артагановичу Барханоеву. Раненый, уже ослепший, он всё равно сражался до последнего! Офицер изображён на фоне крепостной стены, с обратной стороны которой высечены патриотические надписи. Именно такие оставили на стене советские солдаты - защитники крепости в дни её обороны. "Мы дали клятву. Умрём, но из крепости не уйдём", "Слава Кавказу! Назрань, Грозный. Прощайте, родные!", "Умрём, но не сдадимся. Ангушт", "Прощай, Родина. 20/VIII.41"... 90 уроженцев Ингушетии защищали Брестскую крепость. По бокам стены прикреплены 2 мемориальные доски с их именами.

По правой и левой стороне комплекса полукругом построены колоннады. Вдоль одной из них установлены 18 мемориальных плит с именами 36 ингушей, получивших государственные награды в период службы в российской императорской армии. А на торце - барельеф (6м*5м) "Вхождение Ингушетии в состав России", в основе которого сюжет картины А.Артемьева "Навеки вместе", рассказывающей о присяге, принесённой ингушскими старейшинами на верность России в 1770 году. Текст присяги выгравирован на мемориальной доске "Клятвенное обещание".

18 плит лежат и вдоль второй колоннады - с именами 36 выдающихся личностей, внёсших заметный вклад в становление и развитие Ингушетии (среди них Д.Лихачёв, патриарх Алексий II, И.Орджоникидзе и др.). На торце барельеф "Ингушетия" с изображением уже сегодняшнего времени. Под барельефом - мемориальная доска с выдержкой из Указа Президента России Б.Н.Ельцина о создании Ингушской Республики.

Были в истории ингушского народа и трагические страницы, пронизанные болью и кровью. Одной из таких стала массовая депортация февраля 1944 года. В память о погибших от холода, голода и болезней возвели памятник "Мемориал жертвам репрессий", который является доминантой всего комплекса. Он был открыт задолго до всего паркового ансамбля - в феврале 1997 года к 53-й годовщине трагедии. Установленный на холме Аби-Гу, историческом месте общенародных сборов, мемориал хорошо виден ещё издали и представляет из себя тесную группу из 9 разновысотных горских башен (по количеству депортированных народов), окутанных колючей проволокой. Каждая из башен отражает архитектуру разных исторических эпох ингушского народа. Автор проекта - заслуженный художник РФ Мурад Полонкоев в 2002 году был удостоен за этот проект "Золотой медали" Российской Академии художеств. В центральной башне - 4 этажа, а её высота 25 м. Здесь открыт музей. Внутри мы не побывали, т.к. был выходной день. Но в информационном буклете прочитали, что он состоит из нескольких залов: "1944г. так это было", "Память трагических событий 1992 года", "Репрессированные народы", "Испытание. 70 лет спустя". Внешне памятник очень впечатляет. А перед входом в музей горит Вечный огонь как символ вечной памяти невинных жертв.

В 2014 году к 70-й годовщине депортации ингушского народа была открыта новая мемориальная композиция, экспонаты которой - транспортные средства (вагон "теплушка", паровоз, грузовик), в которых ингушей насильно перевозили в Казахстан и Среднюю Азию.

По бокам установлены 2 монумента с указанием дат "1944", "1957", символизирующих год высылки ингушского народа и год реабилитации и возвращения на Родину. Восходящее солнце на памятнике - это символ свободы, возрождения ингушской нации.

Мемориал посвящён и защитникам Отечества, погибшим на полях сражений в годы Великой Отечественной войны, и тем, кто испытал и преодолел последствия чернобыльской и других радиационных катастроф, и воинам-интернационалистам, участникам боевых действий в Афганистане и других локальных войн. Так что это не просто парковый комплекс, а уникальный мемориал, символ духа, любви к Родине, мужества и стойкости ингушского народа.

июль 2017 года

Используемые источники: портал культурного наследия России culture.ru, информационный журнал "Древняя Ингушетия", сайты etokavkaz.ru и openkavkaz.com, материалы Википедии, фотоматериалы из личного архива.


Метки:
Кавказ, Архитектура
Поделиться с друзьями